Убийца Salesforce из Кремниевой долины: экс-партнер Founders Fund запускает AI-CRM нового поколения
Бывший партнер Founders Fund Сэм Блонд запустил Monaco — AI-CRM, который обещает перевернуть рынок. Разбор стартапа, инвесторов и технологий.
Каждые пару лет в Кремниевой долине кто-то объявляет крестовый поход против Salesforce. Обычно это заканчивается тихим поглощением или забвением в корпоративном аду. Но сейчас случай особый. Из режима «невидимости» вышел стартап Monaco, и его основатель, Сэм Блонд, бывший партнер грозного Founders Fund и экс-директор по выручке Brex, целится не просто в долю рынка, а в самое сердце гегемона. Поддержать его в этой дерзкой вылазке решили не последние люди индустрии — братья Коллисоны из Stripe и глава Y Combinator Гарри Тан. Ставки сделаны, и они неприлично высоки.
Monaco позиционирует себя не как очередной CRM, а как «AI-нативная» платформа «все-в-одном». Переводя с венчурного на человеческий, это попытка создать систему, которая не просто хранит информацию о клиентах, а активно участвует в процессе продаж. Если Salesforce — это громоздкий шкаф с папками, который продавцы ненавидят заполнять после каждого звонка, то Monaco обещает быть умным ассистентом, который слушает разговоры, сам заполняет нужные поля, предлагает следующие шаги, пишет черновики писем и предсказывает вероятность закрытия сделки. Идея в том, чтобы избавить сейлзов от роли «обезьянки по вводу данных» и позволить им делать то, за что им платят — общаться с людьми и продавать.
В этом и заключается ключевое отличие от потуг самого Salesforce с его прикрученным сбоку AI по имени Einstein. Старые системы пытаются натянуть нейросетевые возможности на архитектуру двадцатилетней давности. Это как установить автопилот Tesla в Ford Model T: теоретически возможно, но на практике — боль и страдания. Monaco же строится с нуля вокруг языковых моделей. Для него AI — это не фича, а фундамент. Платформа стремится заменить не только саму CRM, но и целый зоопарк сопутствующих инструментов, которыми обвешиваются отделы продаж: от сервисов для email-рассылок типа Outreach до систем анализа звонков вроде Gong.
Затея, конечно, безумно амбициозная. Создать продукт, который будет одинаково хорош во всем, не удавалось почти никому. Однако за спиной Блонда стоит не только его опыт в Brex, где он построил одну из самых эффективных B2B-машин продаж, но и капитал и связи Founders Fund. Этот фонд, основанный Питером Тилем, славится своими ставками на компании, которые не просто улучшают существующие рынки, а создают новые или полностью разрушают старые. Их инвестиции в SpaceX, Palantir и Airbnb говорят сами за себя. Участие такого игрока — это сигнал, что в Monaco видят не просто «еще один SaaS», а потенциального технологического гиганта нового поколения.
Рынок давно созрел для перемен. Salesforce, при всем своем масштабе, стал синонимом дороговизны, сложности и неповоротливости. Компании тратят миллионы на лицензии и еще больше — на консультантов, которые помогают во всем этом разобраться. На этом фоне появляется стартап с чистой архитектурой, современным интерфейсом и обещанием реальной, а не маркетинговой автоматизации. Это классическая история подрыва, описанная еще Клейтоном Кристенсеном. И нынешний AI-хайп — идеальный катализатор для такого подрыва. Компании готовы инвестировать в любые решения, которые обещают прирост эффективности за счет искусственного интеллекта, и Monaco появляется в самое подходящее время.
Наш вердикт: это не просто очередной «убийца Salesforce», набитый маркетинговой шелухой. За проектом стоят люди с безупречной репутацией, глубоким пониманием проблемы и доступом к практически неограниченным ресурсам. Риск, безусловно, огромен. Свергнуть с трона компанию с капитализацией в $230 миллиардов — задача титаническая. Monaco может провалиться под весом собственных амбиций, не сумев создать универсальный продукт, который удовлетворит всех. Но это одна из самых серьезных и хорошо подготовленных атак на гегемонию старого корпоративного софта за последнее десятилетие. И если у них получится хотя бы на треть, весь ландшафт B2B-технологий изменится до неузнаваемости.