Империя одного: Илон Маск строит личный конгломерат на костях своих компаний

Кажется, в учебниках по истории бизнеса скоро придется переписывать главу о корпоративных структурах. Пока одни гиганты вроде Google пытаются стать более гибкими, а другие распиливают активы, Илон Маск решил, что ностальгия — это новый черный. Слухи, подтвержденные самим Маском, о фактическом слиянии ресурсов Tesla, SpaceX и его нового AI-детища xAI пахнут не будущим, а хорошо забытым прошлым. Конкретнее — временами General Electric Джека Уэлча, а может, и вовсе «баронов-разбойников» Позолоченного века, строивших империи на стали и воле одного человека. Прощайте, безликие конгломераты. Да здравствует конгломерат персональный.

Давайте к фактуре. На бумаге никакого слияния нет. Юридически это все еще разные компании. Но дьявол, как всегда, в логистике. Согласно отчетам, Маск перенаправил гигантскую партию из 12 000 чипов NVIDIA H100, изначально предназначавшихся для Tesla, в пользу xAI. А в ближайшем будущем он планирует собрать для xAI чудовищный кластер из 100 000 таких ускорителей. Это не просто много, это заявка на создание одной из крупнейших в мире вычислительных систем, этакой «гигафабрики вычислений». И все это — для тренировки новой версии чат-бота Grok и других моделей, которые должны «постичь истинную природу вселенной». Ну, и обогнать OpenAI, конечно же.

Скажем прямо: это отчаянная, но логичная гонка вооружений. Microsoft влила в OpenAI миллиарды и предоставила ей практически неограниченные мощности облака Azure. Google располагает собственной армадой TPU-чипов и десятилетиями экспертизы в AI. Amazon строит свои кластеры. У Маска же не было своей облачной платформы. И он решил ее построить, используя свои же компании как доноров. Для него Tesla — это не только производитель электрокаров, но и источник уникальных данных с миллионов камер автопилота. SpaceX — это инженерный гений и инфраструктура. А xAI — мозг, который должен все это связать.

И вот тут мы возвращаемся к «баронам-разбойникам». Корнелиус Вандербильт использовал доходы от пароходства для строительства железнодорожной империи. Джон Рокфеллер строил монополию, контролируя все — от скважины до бензоколонки. Маск действует по схожей схеме, но в цифровом веке. Его капитал — это не только деньги, но и контроль над советами директоров и лояльность инвесторов. Акционеры Tesla, например, могут быть не в восторге, что их дорогущие AI-чипы, купленные для разработки Full Self-Driving, уходят в частную компанию Маска, пусть и с обещаниями когда-нибудь вернуть долг. Это игра с очень высоким риском, где публичные активы используются для накачки мускулов частного стартапа.

На словах синергия выглядит красиво. Данные с автомобилей Tesla обучают модели xAI. Умные модели xAI улучшают автопилот Tesla и помогают проектировать ракеты для SpaceX. Роботы Optimus, получив интеллект от xAI, будут работать на заводах Tesla и, возможно, на Марсе. Получается замкнутый технологический цикл, этакая экосистема имени Маска. Но есть нюанс. Мы уже лет семь слышим, что полноценный автопилот «вот-вот появится в следующем году». Пока что эта синергия — скорее маркетинговый проспект, чем работающий механизм. А вот перекачка ресурсов из одной компании в другую — вполне реальный факт.

Этот шаг стирает границы между публичной компанией (Tesla) и частными венчурными проектами (SpaceX, xAI). Все они становятся частями единого целого, скрепленного не формальной структурой, а волей и видением одного человека. Это возврат к индустриальной модели XIX века, где личность основателя была важнее любого совета директоров или квартального отчета. Эффективно? Возможно. Опасно? Безусловно. Ведь если видение основателя окажется ошибочным, рухнуть рискует вся эта колоссальная конструкция, похоронив под обломками не только деньги инвесторов, но и целые отрасли — от электромобилей до освоения космоса.

Наш вердикт: То, что строит Маск, — это не просто бизнес, это цивилизационный проект в миниатюре. «Персональный конгломерат» — явление одновременно архаичное и ультрасовременное. Это невероятно дерзкая ставка, где на кон поставлено все. Если он окажется прав, мы увидим технологическую синергию невиданного масштаба. Если нет — станем свидетелями одного из самых громких провалов в истории, который заставит регуляторов по всему миру пересмотреть правила игры. В любом случае, скучно не будет. Мы в редакции запаслись попкорном.