Четыре всадника AI-апокалипсиса готовят стройку века на $635 миллиардов

Пока вы спорите, какая нейросеть лучше рисует котиков, в тишине кабинетов решается судьба цифрового мира на десятилетия вперед. Четыре технологических гиганта — Amazon, Google, Meta и Microsoft — готовятся коллективно потратить в этом году на капитальные расходы около $635 миллиардов. Поставьте эту цифру в контекст: это больше, чем весь ВВП Израиля. Это больше, чем вся выручка мирового рынка облачных услуг за прошлый год. И львиная доля этих денег пойдет не на новые офисы с печеньками, а на вполне конкретную вещь — строительство инфраструктуры для искусственного интеллекта. Мы наблюдаем не просто инвестиции, а самую настоящую гонку вооружений, где вместо боеголовок — стойки с серверами, а вместо пороха — киловатты энергии.

Эта колоссальная сумма — прямой ответ на экспоненциальный рост сложности и «аппетитов» современных AI-моделей. Запуск GPT-4, обучение Llama 3 или генерация картинок в Midjourney требуют вычислительных мощностей, которые еще пять лет назад казались научной фантастикой. Речь идет о десятках и сотнях тысяч специализированных ускорителей, в первую очередь GPU от NVIDIA, чья рыночная капитализация взлетела до небес не на пустом хайпе, а на вполне реальных заказах. Техногиганты скупают эти чипы, как горячие пирожки, формируя из них гигантские кластеры. Но этого мало. Google активно развивает собственные TPU (Tensor Processing Unit), Amazon — чипы Trainium и Inferentia, Microsoft тоже работает над кастомным кремнием. Зачем? Чтобы снизить зависимость от одного поставщика и оптимизировать «железо» под свои конкретные задачи и модели.

У каждого из «всадников» своя мотивация, и ставки предельно высоки. Для Microsoft, вложившей миллиарды в OpenAI, это вопрос жизни и смерти. Их облачная платформа Azure должна стать главным «домом» для ChatGPT и будущих моделей, а для этого нужны эксклюзивные и самые мощные мощности. Отстать здесь — значит отдать лидерство в самой перспективной технологической нише. Google, проспавший запуск ChatGPT, теперь наверстывает упущенное с яростью раненого зверя. Их модели Gemini требуют колоссальных ресурсов, и компания, исторически бывшая пионером в AI, не может позволить себе проиграть эту войну на собственном поле. Для них это экзистенциальная угроза всему рекламному бизнесу, который AI может перевернуть с ног на голову.

Amazon, в лице своего облачного подразделения AWS, играет роль главного «оружейного барона». Их бизнес — сдавать в аренду вычислительную инфраструктуру. Если завтра главным потребителем этой инфраструктуры станет AI, а у AWS не будет лучшего предложения, их доминированию на рынке придет конец. Поэтому они и строят, и покупают, и разрабатывают — чтобы любой стартап или корпорация могли прийти к ним и арендовать «кусочек AI-мощи». Meta стоит несколько особняком. Марк Цукерберг, кажется, строит не просто бизнес, а цифрового бога (или, как он это называет, AGI). Их подход с открытыми моделями Llama — это хитрый ход, направленный на подрыв платной гегемонии OpenAI и Google. Раздавая «бесплатные» модели, они заставляют весь рынок конкурировать на уровне инфраструктуры, где у Meta, как оказывается, есть огромные, заранее построенные мускулы.

Эта стройка века создает тектонические сдвиги во всей экономике. Она порождает безумный спрос на энергию — дата-центры для AI потребляют в разы больше электричества, чем их классические собратья. Она поднимает вопросы о доступности ресурсов, охлаждении и влиянии на окружающую среду, которые корпорации пока предпочитают обходить стороной. Мы видим, как на наших глазах формируется новая олигополия, где доступ к передовым технологиям будет определяться не гениальностью идеи, а возможностью оплатить счет за электричество и аренду десятков тысяч GPU. Это мир, в котором входной билет в высшую лигу AI стоит десятки миллиардов долларов.

Наш вердикт: это не маркетинг и не пузырь в классическом понимании доткомов. Да, хайп зашкаливает, но под ним лежит холодный расчет и реальные физические активы. Мы наблюдаем строительство фундамента для следующей технологической эпохи, сравнимое по масштабам со строительством железных дорог в XIX веке или электрических сетей в XX. Компании, которые сейчас вкладывают эти астрономические суммы, делают ставку не на сиюминутный доход, а на контроль над самой сутью будущей экономики. Кто-то из них, возможно, надорвется и неверно рассчитает спрос. Но тот, кто построит самую мощную и эффективную «фабрику интеллекта», получит рычаги влияния, о которых предыдущие поколения монополистов могли только мечтать. Это не гонка за тем, у кого лучше алгоритм. Это гонка за тем, у кого мощнее розетка.